Метка: антихрист

Лопухин А.П.: —

В таинственном символическом смысле под водами, по словам Ангела, нужно разуметь многие народы, которые относились к главному городу как народы подчиненные. Десять рогов — десять царей будущего антихристианского времени возненавидят блудницу (ст. 16), т.е. город антихристианского царства. Ненависть обнаружится в разрушении города. Подобно тому как дикие звери разрывают на части и пожирают свои жертвы, так точно уничтожат город и апокалиптические цари; они предадут его полнейшему разорению огнем и мечем и расхитят все его драгоценности. Таким образом Бож. воля воспользуется царями, как послушным орудием своего мироправления, для того, чтобы постепенно довести историю мира до предопределенного конца. Суд над городом, столицею антихристианского царства, разорение по желанию самого царя — антихриста будет предвозвещением конца мира и наступления Бож. суда.

Лжецерковь-цивилизация имеет свою правящую вертикаль от президентов — царей и до всех свободных людей живущих на земле, по сути являющимися уже как трупы духовно умерших свободолюбцев.

19. и после сего будут они бесчестным трупом и позором между умершими навек, ибо Он повергнет их ниц безгласными и сдвинет их с оснований, и они вконец запустеют и будут в скорби, и память их погибнет;
20. в сознании грехов своих они предстанут со страхом, и беззакония их осудят их в лице их.
(Притчи 4:19.20)

чтобы пожрать трупы царей, трупы сильных, трупы тысяченачальников, трупы коней и сидящих на них, трупы всех свободных и рабов, и малых и великих.
(Откровение Иоанна Богослова 19:18)

Свт. Андрей Кесарийский: —

Ст. 17-18 Летите, собирайтесь на великую вечерю Божiю, чтобы пожрать трупы царей, трупы сильных, трупы тысяченачальников, трупы коней и сидящих на них, трупы всех свободных и рабов, и малых и великих.
Приидите и соберитеся на вечерю великую Божiю. Преимущественное желание Божiе, называемое и «благоволением и вожделенною Его вечерiю», состоит, во-первых, в том, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1 Тим. 2, 4) и обратились и живы были (2 Петр. 3, 9), а во-вторых, — чтобы получили наказание его заслужившие. Посему Христос назвал волю Отца Своим брашном (Иоан. 4, 34). Здесь же она называется Божiею вечерiю, ибо люди получат царство или наказание, т. е. что каждый желал получить за свои дела. — Съедением плоти показывается уничтожение всего плотского и исчезновение начальственных на земле имен. — О конях упоминает не потому, что они воскреснут и будут судимы, но для обозначения чрез них или людей женонеистовых, или находящихся во власти лукавства, или же тех и других. — Всадниками называет преимуществующих во зле, что далее и поясняет, говоря: свободных и рабов, малых и великих; ибо свободными и великими называет согрешивших много и по своему желанию, рабами же и малыми — согрешивших менее или по неразумию, или возрасту или нужде.

Лопухин А.П.: —

Иоанн, далее, видит одного Ангела, стоящего на солнце. Это нужно понимать так, что он стоял окруженный лучами солнца. Его миссия в том, чтобы созвать птиц на предстоящую вечерю Божию. Она будет состоять в уничтожении птицами трупов убитых врагов Царства Божия. Враги собрались целым войском. Это собрание всех нечестивых нужно понимать так, что по премудрому промыслу Божию и Его всемогущему действию все нечестивые пред страшным судом будут отделены и испытают на себе то, что заслужили. По слову Апостола все живущие, дожившие до второго пришествия Господа, испытают изменение своих тел (1 Kop 15:51-52). Должны подвергнуться этому изменению и грешники, последователи антихриста. И если его изменение для праведников будет блаженным, спокойным и радостным, то для нечестивых оно будет мучительно. Ангельский призыв хищных птиц питаться трупами врагов Царства Божия есть указание на ужасы и страдания этих последних при окончательном перевороте.

Цезарий Арльский: —

И увидел выходящего из моря зверя — то есть от злого народа. Сказал выходящего, то есть рождающегося — подобно тому, как цветок во благо возникает от корня Иессеева. Выходящим из моря зверем он называет нечестивых людей, которые суть тело дьявола

Тиконий: —

Здесь Иоанн упоминает море, каковое прежде назвал бездной (Откр 11:7), из которой выходит этот зверь. В обоих [образах] обозначен народ, ведь он представляет, что народ исходит из народа и из народа возникает зверь. Зверю же свойственно по природе быть противоположностью Агнцу, но в изложении следует в соответствии с местами понимать, о какой стороне зверя идет речь. Ибо иногда Иоанн дьявола называет зверем, иногда — его тело, иной раз — одну из голов этого зверя, которая, будучи притворно до смерти пораженной, воскресает, в передразнивание истинной веры, а иной раз под зверем подразумеваются властители. Итак, здесь он о теле дьявола говорит как о звере, выходящем из моря, с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные. Так как он желает, чтобы его почитали Богом, то по праву сказано о нем, что имена его богохульные

.Экумений: —

И увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим. Иоанн увидел его выходящим из моря, ибо для него восхождение и как бы возвышение происходит из смятенной и неспокойной жизни людей, которые избрали его тираном над собой. А десять рогов предрекают ему великое могущество, как и семь голов — некое коварство и власть, полученную при помощи хитростей и трюков. Ибо десять и семь — совершенные числа. Десять диадим его на рогах указывают, что он получил власть над человечеством, после того как мы, обманувшись, по своей воле передали ему ее. А на голове его имена богохульные. Хорошо сказано: на голове его. Ибо против самого себя и против собственной головы безумствует он, оскорбляя Бога, и, отрицая почитание Божества, он обращает его на себя.

Беда Достопочтенный: —

И стал я на песке морском — то есть на множестве народа, возметаемого ветром по лику земли. Без сомнения, именно на них, привыкших поддерживать вражеские замыслы, становится враг, желая плести интриги и развязать войну

Свт. Андрей Кесарийский: —

Иные под зверем разумели некоторую нижайшую силу сатаны, имеющую власть над прочими демонами, а под выходящим из земли после него — антихриста. Мефодий, Ипполит и другие принимают настоящего зверя за самого антихриста, выходящего из много — мятущегося и сильно волнующегося сего житейского моря. — Десять рогов с венцами и семь глав показывают на тождество диавола с самим антихристом (ибо и выше сие отнесено к нему же), а также на разделение земного царства в последнее время на десять царств и на соответствующее сему миру царство седьмое, измеряемое семью днями и, как подтвердится ниже, разделяемое на семь преемств. Потому действующий в нем сатана и назван князем века сего. Его хульное имя видимо на главах его, т. е. на помощниках и слугах его, ибо они не переставали хулить Бога от начала до появления Великого и благочестивого Константина, после которого злохулителями Христа были Юлиан и Валент.

Лопухин А.П.: —

Ст. 1-2 Первый стих нужно принимать как указание на новую сцену зрения, как на новое явление пред очами тайнозрителя, при совершенно новой обстановке. Иоанн видит зверя, выходящего из моря, а не из бездны, как в XI:7. Очевидно здесь речь о другом существе. Зверь XIII-й главы совершенно самостоятельный символический образ (ср. Дан 7:27; 10:14). Самое наименование «зверя» употреблено здесь в смысле такого животного, у которого особенно выступают свойства жестокости и кровожадности. Он выходит из моря, которое на языке Свящ. Писания весьма часто употребляется в смысле множества народов, притом народов неспокойных, метущихся и враждебно относящихся к Царству Божию, к народу Божию (Пс XCIII:3; Ис VIII:7, 8; ХVII:12; Иер XLVI:7). На этом основании и символ зверя, выходящего из моря, нужно понимать как изображение существа, которое выходит из среды грешного, боговраждебного человеческого мира. Таким образом зверь XIII гл. есть антихрист, который, по верованию Православной Церкви, будет последним представителем и выразителем боговраждебной диавольской силы, царем антихристианского царства. Дальнейшие признаки описываемого зверя символически изображают пред нами, как и чрез кого действовал диавол в прежнее время, и как и чрез кого будет он действовать в последнее время. — Зверь в Свящ. Писании служит обыкновенно символом царства, а голова зверя — указанием на царя, стоящего во главе царства. Поэтому, и сообразно с XVII:10, изображение зверя с семью головами есть только прием апокалиптического раскрытия истины, и под головами нужно разуметь царей и царства в их последовательности. Царства, представляемые семью головами зверя, суть, очевидно, те царства и народа, которые были враждебны установлению Бож. Царства на земле и опасны для народа Божия. Сам тайнозритель не дает никакого решения вопроса об этих царствах. Очевидно, как для него, так и в существе дела важно не то, в каких определенных царствах обнаруживалась боговраждебная сила диавола. Более важно, что эта диавольская сила, сила князя мира сего, обнаружится таковою и в последнее время, и притом так, что предшествующие ее обнаружения как бы войдут в общий состав; и все зло, которое по частям обнаруживалось в мире в лице тех или других царств и государей, враждовавших против Царства Божия на земле, обнаружится во всей своей совокупности в лице царя последнего царства, в лице антихриста, зверя о семи головах. — Говоря о десяти рогах зверя, ев. Иоанн не указывает, как были размещены они. Он как бы хочет показать, что рога зверя принадлежали не какой-либо одной голове, но всему зверю, всем головам вместе и каждой в отдельности. Рог есть общеизвестный в Свящ. Писании символ могущества власти, и десять рогов, как число полноты, говорит, таким образом, о высшей силе и могуществе зверя антихриста. И если когда-либо эти десять рогов будут означать нечто определенное, т.е. десять царей с их царствами, то только в последнее время, в дни антихриста. Диадемы над рогами зверя, как царское головное украшение, также говорит о царской власти зверя-антихриста, о его праве обладать миром, каковое право он получит от диавола-дракона (ст. 2). Такое происхождение власти зверя естественно отразится на его отношении к Богу: мы видим на головах зверя имена богохульные, которых было, очевидно, несколько. Смысл этого тот, что зверь, как орудие деятельности диавола, столь проникается боговраждебными стремлениями, что у него, как бы на его лбу, будет отражаться то внутреннее существо, которым будет самопроизношение и богохульство [Kliefoth]. Об этом предсказано и Ап. Павлом в послании к Солунянам (2 Сол 2:4; ср. Дан 7:8, 25). Для указания на губительность и зловредность деятельности зверя ему приписываются свойства не одного, а трех зверей: барса (лукавство), медведя (упорство) и льва (высокомерие и алчное властолюбие); все это вместе говорит о коварстве и жестокости. Дракон, т.е. диавол, дает этому зверю свою силу, свой престол и великую власть. Сила диавола — это те его природные силы и способности, которые принадлежат ему как духу и черному и высшему божественному созданию. Трон диавола есть весь мир, князем которого называет его Свящ. Писание. Господь попускает диаволу пользоваться властью над миром, хотя лишь постольку, поскольку сам мир, как лежащий во зле, позволяет диаволу властвовал над собою (1Ин. 5:19).

Примасий: —

Ст. 7-8 И дано было ему вести войну со святыми и победить их; и дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем. И поклонятся ему все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания мира
Слова: отверз он уста свои, показывают, что антихрист явился с постыдной бравадой, ибо то, что он раньше хулил в тайне, теперь он уже отважился хулить открыто, когда честь, которой особо был удостоен Христос, дерзнул присвоить себе. И нечестивые слова он говорит надменно, потому что он — враг Христу и желает, чтобы его принимали за Христа, или навязывая себя силой, или обманом подчиняя себе. Он на время примет власть, употребляя ее на злое и желая навредить Телу Христа, поскольку он прославляется все больше преследователями за страдание, причиненное Христу, потому Христос все безжалостнее распинается со святыми его. Об этом говорит Господь: ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше (Ин 19:11). Следовательно, если во время своего страдания Христос дал ее своим преследователям, хотя в Нем князь мира сего не нашел ничего достойного смерти, то что удивительного, если в Своей Церкви Он иногда позволяет нечестивцам нападать, чтобы было объявлено об их победе? Очевидно, что должно понимать часть, которая способна победить, на основании целого.

Тело зверя, как лжецерковь-цивилизация, обретает высшую форму своего духовного построения, когда сформирован единый язык общения для проповедования своих духовных ценностей. Поэтому допотопные и послепотопные тела-цивилизации и являлись лжецерковью, потому, что имели один язык.

На всей земле был один язык и одно наречие.
(Книга Бытие 11:1)

Преград не было в насаждении земных ценностей: комфорта и благосостояния. Была только духовная преграда — сама Церковь, обличающая низменность земного и призывающая к спасению души и, как следствие, к вечности, дарованной Богом.

В третьем теле, упомянутом пророком Даниилом, не было единого голоса, но произошло развитие духовных и культурных ценностей язычества в древней Греции и древнем Риме, являющихся частью этого третьего тела зверя.

Святые апостолы Павел и Иаков, живших в римской цивилизации, размышляя о духовных и культурных ценностях того времени — философии, культуре, искусствах и о всех “мудростях мира сего”, развращающих душу человеческую, утверждали:

19. Ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их.
(Первое послание к Коринфянам 3:19)

15. Это не есть мудрость, нисходящая свыше, но земная, душевная, бесовская…
(Послание Иакова 3:15)

Философия, культура, искусство, литература, науки оказали влияние и на ветхозаветный Израиль, который был частью Римской империи и привели к такому трагическому и духовному состоянию, что для больного тела ветхозаветной Церкви потребовалось хирургическое вмешательство — исцеляющее пришествие врача — Господа Иисуса Христа.

Иоанн Кронштадтский: —

Последняя эпоха от начала отступления до второго пришествия Христова, период новейших веков и времен, ознаменована такими же поразительными явлениями, как и последние века и времена пред всемирным потопом. Человек-зверь сделался обычным явлением культурной жизни народов. Только на место допотопного права сильных над слабыми, в подкрепление ослабевшей физической силе пришло искусство, техника и право эксплуатации в установленном порядке через рекламу и обман на законном основании. Открытия за открытиями в области культуры, точь-в-точь как перед первым потопом, не смягчают зверских нравов. Они процветают на почве гордости, эгоизма и злобы. Так пошло, быть может, с тех пор, как отступление от Церкви открыло свободный доступ для водворения новых идей, добыты реформацией и революцией и уклоняющих нравы к окончательному озверению людей. Приближается повторение того, что сказал Господь Бог Ною: «Конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями. И вот Я истреблю их с земли» (Быт. VI, 13). «Земля растлилась пред лицем Божиим. И наполнилась земля злодеяниями… ибо всякая плоть извратила путь свой на земле» (Быт. VI, 11 — 12)

Экумений: —

И чудесами, которые дано было ему творить перед зверем, он обольщает живущих на земле, говоря живущим на земле, чтобы они сделали образ зверя, который имеет рану от меча и жив. Он творит чудеса, обманывая глаза смотрящих, словно маги перед фараоном. Ибо и антихрист, и маги были направляемы одним и тем же лживым демоном. Хорошо сказано, что он творит знамения перед зверем. Ибо после того, как он воздвигнет ему образ, которому заставит всех поклоняться, он действительно перед ним сотворит чудеса, словно обожествляя образ, потому что от последнего исходит сила совершать это. И дано ему было вложить дух в образ. Ибо многие, говорят, изображения силой дьявольской покрываются испариной и кажутся говорящими

Свт. Андрей Кесарийский: —

Посему нет ничего несообразного, что и оруженосец или предтеча антихриста, действующий при помощи демонов, сделав изображение зверя, ложно покажет его говорящим, повелит избивать ему непоклоняющихся и постарается наложить у всех начертание пагубного имени отступника и обольстителя на правых руках для пресечения делания правых и добрых дел, а также и на челе, чтобы научить прельщенных быть дерзновенными в обольщении и тьме. Но его не примут запечатленные на лицах Божественным светом. — И будет распространять печать зверя везде — и в купле и в продаже, чтобы не принявшим ее последовала насильственная смерть от недостатка необходимого.

Примасий: —

Это место можно понимать двояко. Возможно, вся масса нечестивых поддалась внушению из-за явления чудесного свидетельства, действия дьявола и притеснения народа вождями: были введены единое для всех исповедание и единая форма восхваления, так что если кто этого перед образом зверя не произносил, тот был убиваем <…> С другой стороны, может быть, подобно тому как он устами змея беседовал с женой ради совращения первого человека, так и ныне он с помощью схожего обмана насмехается над многими, когда заставляет своих последователей получать ответ, советуясь с изображением, то есть с антихристом, которому они считают нужным воздавать честь, словно Богу, хотя он — человек греха, сын погибели (2 Фес 2:3) <…>

Беда Достопочтенный: —

И обольщает живущих на земле, и т.д. Как сказано, его пришествие, по дей­ствию сатаны, будет со всякою силою и знамениями и чудесами ложными (2 Фес 2:9). Не совсем ясно, имеется ли в виду под знамениями и чудесами ложными то, что человеческие органы чувств будут обмануты призраками, представляющими, что [антихрист] делает то, чего на самом деле не делал; или же то, что знамения и чудеса будут настоящими, но введут уверовавших в них, не знающих о силе дьявола, в заблуждение о том, что их можно творить только силой Божией. Ведь семья святого Иова вместе с большим числом скота погибла не в призрачном, но в настоящем огне и ветре.

Примасий: —

И видел я [выходящих] из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам
Ввиду различных страданий, которые доставляют все причиняемые ими неприятности и пороки, о злых духах говорится, что они имеют различные качества. Как справедливо где-то в Евангелии говорит Господь: дух немой и глухой (Мк 9:25), а в другом месте: нечистый дух (Лк 9:42). Пророк в одном месте говорит: дух блуда ввел их в заблуждение (Ос 4:12). Не вследствие чего-либо другого, а именно этого, этот дух низводит плененных до совершения нечистых поступков.
По этой же причине Иоанн упоминает здесь всех трех нечистых духов, потому что желает указать, что единое тело дьявола составлено из обычных для него различий. Автор упоминает тех духов, которые обладают более сильной властью, прежде выводя дьявола в образе дракона, потом зверя, который есть антихрист со своими последователями, а потом в виде лжепророка — вождей и учителей вредоносных доктрин. Следовательно, он видит одного духа, но упоминает трех по числу частей единого тела, так что полное число погибших показано как ведомое единым нечистым духом.
Возможно, поэтому Иоанн присовокупляет образ ужасной мерзости жаб, сравнивая с ними пророков в бесстыдстве. Ибо эти лжепророки, подобно живущим ночью в клоаках жабам, с шумом распространяют достойное осуждения заблуждение. Ибо как жабы и местом обитания, и обликом, и гнетущим кваканьем вызывают ненависть, так и дьявол со своими приспешниками признается поистине отвратительным, по заслугам и справедливо достойным вечного огня. Я полагаю, однако, что нечто подобное подразумевает блаженный апостол, когда предваряет коринфян такими словами: Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Какая совместность храма Божия с идолами? (2 Кор 6:14-16).
Итак, здесь, когда Иоанн говорит, что из уст их вышли нечистые духи в образе жаб, то это как если бы он сказал: почему ты сравниваешь с небесами грязь, которая является местом обитания жаб, то есть ужасных богохульств лжепророка? Он объявляет: насколько учителя истины отстоят от лжепророков, настолько жабы — от святых. Так что те, кто не способен признать, что его заблуждения должны быть изобличены силою рассуждения, по крайней мере, натолкнувшись на уродство жаб, попытаются избежать таких людей, которые, словно жабы, препятствуют невежам, чтобы они не восприняли истину тихим служением молитвы.

Цезарий Арльский: —

И видел я [выходящих] из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам
Жабы помимо свойственной им непосредственно грубости также нечисты по месту проживания. Они, поскольку считаются коренными обитателями вод, не только не переносят отливы и засухи, но также в самой воде возятся в грязи и нечистотах. <…> Жабам также подобны люди, которые не стыдятся там валяться в грехах и преступлени­ях, в то время как другие от них отказываются через раскаяние и крещение. Некоторые обращаются к Богу и раскаиваются в том, что были горды, развратны, привержены пьянству и жадны, но потом продолжают этим грехам следовать, размышляя в себе: теперь я делаю, что хочу, а потом покаюсь как тот, кто от них отказался, действительно принеся покаяние. И внезапно наступает для него последний день — и исповедание веры исчезает а проклятие остается. Таковые те, кто хотят подражать другим не в благе, а в зле, и, словно жабы, находятся и барахтаются в грязи, от которой другие избавлены.

Лопухин А.П.: —

Именно, Иоанн видит трех нечистых духов, подобных жабам, выходящими из уст дракона (диавола), зверя (антихриста) и лжепророка (зверя из земли). Для злых духов символическим образом взят образ жаб. И это, конечно, потому, что, кто будет обладаем злым духом со свойствами грязного животного — жабы, душа и деятельность того человека должны быть грязными в нравственном отношении, слабыми и жалкими по своим целям и появлениям, но вместе гордыми и превозносящимися. Об образе появления жаб Иоанн замечает, что они выходят. Этот образ должен мыслиться нами как издевание, что вполне соответствует как внешнему виду жаб, так и взгляду на дракона, антихриста и лжепророка.

Вот что ожидает свободолюбивое человечество, которое в своих чаяниях о свободе поклонилось зверю — материальным и духовным ценностям и образу жизни цивилизации и окончательно утвердившееся в своем богоборчестве.

и дым мучения их будет восходить во веки веков, и не будут иметь покоя ни днем, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его и принимающие начертание имени его.
(Откровение Иоанна Богослова 14:11)

* * *